Parametry
- 168 stron
- 6 godzin czytania
Więcej o książce
Почему Япония? Потому что это страна письма: среди всех стран, которые автор мог знать, Япония — это та, где он встретил работу знака, наиболее близкую к его убеждениям и фантазиям, или, если угодно, наиболее далекую от отвращений, раздражений и отказов, которые вызывает у него семиократия Запада. Японский знак силен: прекрасно настроенный, организованный, выставленный, никогда не натурализованный или рационализированный. Японский знак пуст: его значимое ускользает, нет ни бога, ни истины, ни морали в этих значениях, которые царят без компенсации. И, прежде всего, высшее качество этого знака, благородство его утверждения и эротическая грация, с которой он рисуется, присутствуют повсюду — на предметах и на самых незначительных поведениях, которые мы обычно относим к несущественности или вульгарности. Место знака не будет искаться в его институциональных областях: речь не пойдет ни об искусстве, ни о фольклоре, ни даже о "цивилизации". Речь пойдет о городе, магазине, театре, вежливости, садах, насилии; речь пойдет о некоторых жестах, некоторых продуктах, некоторых поэмах; речь пойдет о лицах, глазах и кистях, с помощью которых все это пишется, но не рисуется.
Zakup książki
Империю знаков, Roland Barthes
- Język
- Rok wydania
- 2022
- Oprawa
- (miękka)
Metody płatności
Brakuje nam tutaj Twojej recenzji.
- Tytuł
- Империю знаков
- Język
- rosyjski
- Autorzy
- Roland Barthes
- Wydawca
- Ad Marginem
- Rok wydania
- 2022
- Oprawa
- miękka
- Liczba stron
- 168
- ISBN10
- 5911036428
- ISBN13
- 9785911036423
- Seria
- Kategorie
- Tagi
- Tematyka filozoficzna, Sztuka, Nauka, Francja, Lingwistyka, Japonia, Komunikacja, Ogród, Kultura, Teorie naukowe, Grafika, Herbata, Tokio, Kultura japońska, Semiotyka
- Pierwsze wydanie
- 1970
- Oryginalna nazwa
- L'Empire des signes
- Ocena
- 3,9 z 5
- Opis
- Почему Япония? Потому что это страна письма: среди всех стран, которые автор мог знать, Япония — это та, где он встретил работу знака, наиболее близкую к его убеждениям и фантазиям, или, если угодно, наиболее далекую от отвращений, раздражений и отказов, которые вызывает у него семиократия Запада. Японский знак силен: прекрасно настроенный, организованный, выставленный, никогда не натурализованный или рационализированный. Японский знак пуст: его значимое ускользает, нет ни бога, ни истины, ни морали в этих значениях, которые царят без компенсации. И, прежде всего, высшее качество этого знака, благородство его утверждения и эротическая грация, с которой он рисуется, присутствуют повсюду — на предметах и на самых незначительных поведениях, которые мы обычно относим к несущественности или вульгарности. Место знака не будет искаться в его институциональных областях: речь не пойдет ни об искусстве, ни о фольклоре, ни даже о "цивилизации". Речь пойдет о городе, магазине, театре, вежливости, садах, насилии; речь пойдет о некоторых жестах, некоторых продуктах, некоторых поэмах; речь пойдет о лицах, глазах и кистях, с помощью которых все это пишется, но не рисуется.